11 лжецов [litres] - Роберт Голд

Я киваю и жду, когда она продолжит.

– Мистер Харпер, правильно ли я понимаю, что именно вы сообщили о пожаре?

Я рассказываю ей все: как шел через кладбище, как заметил ярко-оранжевый свет на другой стороне, как нашел в клубе неизвестного человека, который выскочил из здания и убежал через церковные ворота. Кук записывает мои показания.

– Вы говорите, что человек, которого вы видели, показался вам худощавым, с угловатой фигурой. Как вы думаете, это был мужчина или женщина?

– Я его толком не разглядел, у него был на голове капюшон. Да я его и не рассматривал. Мне хотелось только побыстрее вывести его из огня.

Кук поднимает глаза от своего блокнота и ждет, чтобы я продолжал.

– Навскидку я сказал бы, что это мужчина, скорее даже парень лет двадцати, но это всего лишь догадка. – Глаза у меня все еще щиплет от дыма, и я энергично их растираю.

– У парамедиков должны найтись капли для глаз, если что.

Я улыбаюсь, но качаю головой.

– Я чуть лучше рассмотрел этого человека в свете фар машины. Рост примерно пять футов и девять, может десять, дюймов, спортивные штаны, куртка с капюшоном и ярко-оранжевые кроссовки. Боюсь, больше я ничего не запомнил. Спросите лучше у водителя машины.

– А марку машины вы тоже не запомнили? – спрашивает Кук.

– Все произошло слишком быстро. Я был, мягко говоря, не в форме.

– Мы попробуем найти водителя. Итак, он перебежал через дорогу и скрылся в роще, верно?

Я указываю на просеку между деревьями на опушке рощи:

– Вон туда он побежал.

К воротам церкви Святого Стефана подъезжает вторая полицейская машина. Я наблюдаю, как из нее выходит Дэни Каш – офицер, с которой я сотрудничал в начале года. За последние шесть месяцев мы, к сожалению, встречались всего раз, за чашкой кофе. Мне очень хочется подойти к ней и поздороваться. Но вместо этого я наблюдаю в свете прожекторов пожарных, как она быстрым шагом спускается по узкой тропинке вдоль кладбища и направляется к дому викария.

– Мистер Харпер? – окликает меня констебль Кук.

– Простите, – отвечаю я. – На самом деле я правда больше ничего не могу рассказать. Человек скрылся в роще, и сразу после этого я вызвал пожарных.

Она еще что-то говорит, просит позвонить, если я вспомню еще какие-нибудь подробности, но я ее почти не слушаю, потому что смотрю на Дэни Каш. Она уже идет по тропинке через кладбище к клубу, медленно шагая рядом с мужчиной, в котором я узнаю Эдриана Уизерса – викария церкви Святого Стефана.

Когда в начале года мы вместе работали, я сразу понял, что Дэни умна и проницательна. Благодаря интуиции она умеет находить ответы на самые сложные вопросы. И каждый раз, видя ее, я невольно улыбался.

Глава 6

В конце гравийной дорожки, ведущей через кладбище, виднелась деревянная калитка, за которой располагался сад викария. Сзади ярко светили прожектора пожарной службы, и самого дома Дэни, как ни старалась, не могла разглядеть. Стоя среди могил, под мрачными деревьями, она слегка поежилась. Нерешительно протянула руку к калитке и едва не подпрыгнула, когда из сада показался преподобный Эдриан Уизерс.

– Констебль, прошу прощения, – сказал он вместо приветствия. – Какая ужасная ночь. – Он посмотрел вверх. – Умоляю, скажите, что никто не пострадал. Я не в состоянии даже вообразить, что должен испытывать человек, запертый в горящем здании.

Дэни вздрогнула.

– К счастью, никто не пострадал, – сказала она. Они с констеблем Кук успели переброситься парой слов.

– Какое облегчение, – ответил викарий. – Я чувствую себя отчасти виноватым, ведь это случилось на территории церкви. Но на парковку заезжала машина скорой помощи? Или мне показалось?

– Мы полагаем, что кто-то действительно оказался заперт в здании во время пожара, но случайный прохожий сумел его вывести.

Дэни обернулась назад и поискала взглядом Бена Харпера. К счастью, рядом с ним была Карен Кук.

– Скорую вызвали в качестве меры предосторожности. Хорошо, что она не понадобилась.

– Вот и славно. Вы искали меня?

– У меня есть к вам несколько вопросов.

Эдриан Уизерс махнул рукой в сторону церковных ворот:

– Конечно, пойдемте.

Они медленно двинулись по тропинке к клубу.

– Я боялся, что огонь перекинется на церковь. Ей уже пять веков, и мне не хотелось бы, чтобы она погибла во время моей сравнительно недолгой службы.

Похоже, Уизерс со своими старательно подстриженным усами и аккуратной прической считал себя обаятельным.

– Могу я спросить, когда вы узнали о пожаре?

– По воскресеньям я провожу три службы, а вечер четверга посвящаю размышлениям. Я был в ризнице, в задней части церкви. Это маленькое помещение с толстыми стенами, и окно там почти не дает света. Я не знал о происходящем до прибытия пожарной бригады.

– А потом?

Уизерс остановился.

– Я вышел из передней части церкви – заднюю дверь мы всегда запираем – и увидел, что огонь, к счастью, почти потушен. Как только меня заверили, что все под контролем, я ненадолго вернулся в дом, чтобы успокоить жену. И как раз возвращался в церковь, когда встретил вас у калитки.

Шагая рядом с викарием, Дэни чувствовала в воздухе густой запах дыма. Она прикусила губу и прикрыла рот рукой. Тропинка разделилась, и от сгоревшего здания они повернули к церкви Святого Стефана.

– Какая красивая церковь, – сказала Дэни, когда они миновали широкое арочное окно с витражами и остановились у крыльца главного входа.

– Спасибо, – ответил Уизерс.

– Когда вы шли от церкви к своему дому, вы никого не видели на кладбище?

– Из живых – боюсь, никого.

Дэни улыбнулась:

– А ваша жена?

– А что моя жена? – переспросил Уизерс.

– С ней все в порядке?

– А, понял. Да, она только недавно вернулась после ужина с одним пожилым прихожанином.

С небольшой церковной парковки на Нижней улице медленно выезжала пожарная машина.

– Я обязательно лично поблагодарю начальника пожарного отделения за отличную работу его команды, – сказал Уизерс, провожая взглядом машину. – Мы с ним хорошо знакомы; вместе участвовали в нескольких благотворительных мероприятиях. Если у вас больше нет вопросов, констебль, мне нужно зайти в церковь, убедиться, что там все потушено на ночь. Не хотелось бы в спешке оставить зажженную свечу.

Дэни смотрела, как Уизерс поднимается по трем ступенькам, толкает тяжелые дубовые двери и входит в церковь. Она представила себе, как ложится в горячую ванну и смывает с тела запах гари. Погруженная в свои мысли, она не обратила внимания на фигуру человека, в темноте наблюдающего за ней из окна второго этажа дома викария.

Глава